Вы читаете журнал ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1){kind=small}
vika_kasianova
Вы читаете журнал vika_kasianova
 | |
| |
|
Он мне сказал. Первое, что тебе нужно сделать — это научиться любить себя. Второе… — здесь сон прервался. На самом важном месте, ведь одно послание вместо ожидаемых трех не считается. Лицо человека было незаурядное, нездешнее, посланническое. И разве не схватишься всем своим существом за весть, ради которой, может быть, и живешь на свете. Но уж слишком на лице было много пудры, видно только, как шевелятся губы. Я уже готова была принять первое послание, ведь для того, чтобы осуществить его одно, всей моей жизни не хватит. Единственное, что смущало — лицо, можно ли верить человеку с напудренным лицом? |
|
| |
 Это символический портрет одного человека в виде огурца с колючками. Сущность его “огурцовая”, склизская, но защищает он себя от мира подобно розе, воображая, что имеет особую ценность. ........................................ * Создано по мотиву сна. |
|
| |
| |
 Наступят времена, когда наши души обретут такую подлинную человеческую чувствительность к страданиям растений, что стоны растоптанных под кирзовым сапогом или надломленных ради “дуды” (“Во поле береза стояла”) станут для нас настоящим кошмаром. И тогда память о благороднейших (достоинства цветов неисчислимы и часто превосходят достоинства человека!) станет делом чести, хотя и кажется сейчас пустой сентиментальностью. ........................................ * Надгробный памятник растению сделан из простого зеленого камня. |
|
| |
|
“Скажи мне, каково твое дерево, и я скажу, кто ты”. В.К.  Мой духовный автопортерт в виде двойной корневой системы. (Еще один экспонат моего cabinet of curiosities). |
|
| |
|
Никогда еще не встречала я более тяжелой ноши, чем та, которую Отец возложил на любимую Дочь свою и более сладостного Воскресения.
Посвящение[1]
“Посвящаю эту книгу тебе, любимая дочь моя. Она как нельзя более созвучна твоему серьезному складу ума, твоей душе, обращенной к страданию. Читая ее ты, вспомнишь бесконечное число страждущих сердец, скорбных детей Божьих, замученных крох, неспособных возвысить голос свой в защиту. Твой отец пытался кричать за них, соединив страдания всех этих несчастных в своем «Miserere» (прим. покаянная католическая молитва). Ты знаешь, какую цену он заплатил за это право и какую страшную школу он прошел. Так вот, моя Вероника – истинный образ Спасителя бедных, — попроси у Распятого, чтобы Он помянул меня — живого или мертвого — во Царствии своем”. Леон Блуа, Париж, Монмартр, праздник Тела и Крови Христовой, 1909
Эпилог[2] – Что вы станете делать, когда вас распнут? — спросил некто. – Буду смотреть прекрасные сны, — отвечает моя пятилетняя дочь Мадлен[3].
[1] Посвящение Леона Блуа к его книге “Кровь бедняка”, которое я воспринимаю как непосильную ношу, духовный крест маленькой девочки, его дочери. [2] Эпилог к его же книге “Толкование общих мест”, который я воспринимаю как аллегорию Воскресения. [3] “Основным и чудовищным противоречием жизни Л. Блуа было то, что он имел семью и детей. Он не должен был быть человеком рода”, — пишет Николай Бердяев в своей статье “Рыцарь нищеты” . В этой заметке образы Вероника и Мадлен объединены в единый собирательный образ, сопоставляемый мной с образом Христа. |
|
| |
|
|
|
| |
 ____________________ *На портрете изображен Томас де Квинси, английский писатель, автор “Исповеди англичанина, любителя опиума”. Впрочем на этом месте мог оказаться любой другой великий человек, но единого обобщающего всех гениев образа найти невозможно. |
|
| |
|
или письмо о выставке, которой не было  “В этот раз хочу рассказать тебе про свою выставку, которой не было. (Чтобы ты составила о ней хоть малое представление, высылаю афишу, которую я специально подготовила к открытию). Она об отверженных: о тех, кто приходит в наши сны в окружении обочин, границ, коридоров, развилок, других “переходных” пространств; об отчаявшихся найти свое место, как бы они пытались; о тех, для кого смерть — возлюбленная. Тебя, конечно, интересует, почему выставка не состоялась. На первый взгляд, по сугубо материальной причине — я не смогла заплатить за “вход”. Особого рода садизм состоит в том, что от человека (художника) требуют мзды за то, что уже и так достается ему ценой страдания. Но есть и другое объяснение, возможно, более глубокое (здесь за неимением других аргументов мне приходится прибегнуть к мистическому предположению) — она не состоялась потому, что ей не суждено было состояться, чтобы в полной мере оправдать свое название. Ведь абсолютная невозможность места в мире предполагает также невозможность и заявления об отсутствии этого места. Видишь, на какие логические ухищрения приходится идти, чтобы доказать свое право на место..., которого нет ”. |
|
| |
|
|
|
| |
|
Под землей я встречала музеи. В коридорах, в тупиках, на лестницах, да и просто на дверях иные художники развешивают свои картины. Под землей творчество не в цене. Это считается ребячливостью и постыдным воодушевлением. Хотя многие картины – шедевры, художники мазохистично прикрепляют их как попало и куда придется. Иной раз в столовой увидишь некоего жующего напротив мучительно давшегося печального образа. Наверное, мужество пренебречь собой ради бессмысленности пути заставляет этих людей одновременно создавать картины и насмехаться над ними.   Кабннет глубиной психологии. В качестве иллюстрации ко сну “Музеи мира” привожу две фотографии с моей выставки, которая находится в конце коридора Дальневосточного института психологии и психоанализа (г. Хабаровск) и называется “Кабинет глубинной психологии”. Тупиковое расположение выставки не случайно и выбрано мной в соответствии с вышеизложенной идеей о вытеснении духовной жизни на периферию сознания, а также с моим экзистенциальным принципом: человек несет ответственность перед своей мечтой/dream за воплощение ее в реальность. |
|
| |
|
Какой необъяснимой тайны полны человеческие жилища... Я часто вижу сон: будто все покупаю и покупаю некий дом. Зачем мне этот дом — интересно мне знать, — и почему снится имено он? Нет! Тайны домов непостижимы, сколько бы ты не не блуждал по их лабиринтам, сколько бы не пытался вникнуть в судьбы их хозяев... Но не только стены хранят тайну о человеке. Сам человек есть губочайший тайник свого пристанища. Вот и я, проходя мимо дома из своего сна, таинственно замолкаю:  |
|
| |
|
|
|
| |
|
У него лицо необыкновенное — мимо такого не пройдешь, не затаив дыхания, и сказать он может только очень важное, к чему невольно прислушаешься. И вот он говорит: – Ты ведь хочешь знать свое призвание? – Да. – Так знай — быть тебе… монастырской уборщицей. |
|
| |
|
Когда я умру, на могильной плите напишите: “Eё убила провинция”. Мой самый горький упрек.  В этой банке находится …пустошь, песок, небытие. Поместила я его в банку специально: в память о вещем сне, в котором мне было предсказано, что моя судьба есть пустошь; что, какие бы усилия я не прилагала, на какие бы жертвы не шла, ничего в моей жизни не изменится, меня всегда будет окружать только пустота. Конечно, я боролась за право опровергнуть этот ужасный сон и с помощью чтения литературы, в которой бы отрицалось воздействие “вещих” снов на жизнь человека, и с помощью конкретных действий, доказывающих мою плодовитость. Результаты борьбы со сном оказались многозначными, но удовлетворения я не получила. Сон не переставал мучить меня, впереди маячила безысходность, жить было надо, но как? Тогда я решилась на крайнюю, символическую меру “наказания” сна — я запрятала сон в... банку. Будет ли он занимать почетное место среди моих экспонатов в кабинете редкостей (caвinet оf curiosities), как представитель крайней степени уродства; окажусь ли я вдали от зыбучих песков этого безликого, но уже беспомощного монстра; созреет ли в этой герменевтической реторте из элементов родной провинциальной почвы мой духовный гомункулус — все будет одно. Все будет пустошь. |
|
| |
|
Футурологический прогноз Существуют хоры: Вооруженных сил, Церковные, Народные, Детские. Но все равно хоров, которые бы отражали все многообразие коллективных проблем, не достаточно. Нет хоров, которые, бы формировались по признаку профессиональной идентичности — хоров психиатров, учителей, директоров, продавцов, шахтеров, уборщиц, дизайнеров, со своими уникальными репертуаром, мелодикой, интонацией. А почему? Послушать их было бы не безынтересно. Одно дело, как человек говорит о своем призвании, другое дело как он о нем поет. В первом случае можно и не всю правду сказать, да и чувством слукавить, во втором - шила в мешке не утаишь, ведь музыка и голос не лгут. Что человек намерится в себе озвучить (вопрос выбора) тоже интересен с психологической точки зрения. Интересен также характер музыки: будут ли это смягчающие остроту конфликта потешки, глубокие меланхолические исповеди или трудоутверждающие гимны... Взойдут однажды такие хоры (например, “Государственный тарификационный хор учителей”) на государственный уровень высоким исполнительским мастерством, огласят новые профессиональные смыслы, и откроется миллионам бредущих по рабскому бездорожью их “слава труда”, и удивятся они истине. |
|
| |
 Дружеский шарж на моего отца. Работа неизвестного художника. 80–е годы. Фамилия моего отца — Плескач[1]. Его “танцевальную” природу, живо схватил неизвестный художник. А ведь мой отец в душе сентиментален. Думаю, что именно ему я обязана тем, что считаю изображение снов и их преумножение делом своей жизни. Психологи говорят, что ценим мы иррационально, свято верим в свои ценности, не догадываясь порой, что заимствуем их у своих родителей: и то, что ценили они, будем ценить и мы, и что они обесценивали, обесценим и мы. Мой отец сохранил все до единого моих детских рисунка, когда–то с его рисунками также поступила его мать. Так и передаются ценности по наследству, преображая иной раз свою форму до неузнаваемости, но не изменяя сути. Много ценностей – целая коллекция! Что хранили в шкатулках наши родители, то будем хранить и мы. [1] Фамилия Плескач происходит от названия одноименного украинского танца. |
|
| |
| |
|
|
|
| |
|
|
|
| |
|
Эту девочку я долго высматривала, я хотела найти самую незаметную девочку на свете. Я часто так делаю — пытаюсь отыскать в толпе незаметного человека, потом сравниваю его с другим незаметным человеком и затем из них выбираю уже самого незаметного и так дальше. Я хочу найти самого незаметного человека и понять, отчего он так незаметен, в чем его тайна. Итак, я искала самую незаметную девочку. Когда я, наконец, узнала ее среди других менее незаметных детей (а это, надо сказать, очень трудно — отличить самого незаметного человека, потому что заметное само бросается в глаза, а для незметного нужно прилагать усилия и идти как бы наперекор себе, потому что глаз требует меток), я бросила ей свои новые красные туфли. Все вокруг загудели: Как?! За что?! Самой незаметной девочке и такие туфли!... Когда я очнулась, мне стало ясно, что другой обуви у меня нет, и конечно, я подумала отобрать туфли назад. Но это было бы совсем неудобно. Так и ходим мы в этом мире связанные невидимой нитью вдвоем: незаметная девочка в красных туфлях и я — ее босоногий даритель.  |
|
| |
 Исаак Ньютон — автор закона всемирного тяготения. Бабочка — символ души, утврждающей закон тяготения надмирного. ________________________________ * В коллаже использована картина У. Блейка “Ньютон”. |
|
| |
|
Футурологический прогноз
Человек должен иметь право не только на достойную жизнь, достоинство которой в настоящее время не гарантируется законом, но и на достойную смерть. Это право должно быть закреплено в конституции и так будет со временем. Под достойной смертью следует понимать право на достойное самоубийство. Санкционированное, своевременное, окультуренное и прекрасное (гламурное). Никто не может обещать человеку счастливую жизнь, отсутствие надежд на которую и подводит его к мысли о самоубийстве, но заработать на потребности несчастного человека достойно умереть согласятся многие. И это желание заработка можно будет засчитать им в заслугу, коль скоро они одни готовы предложить руку помощи тем, от кого другие бегут как от огня. |
|
| |
|
|
|
